Глава МИД РФ Сергей Лавров сегодня на пресс-конференции по итогам 2020 года ответил на вопрос телекомпании «Шант» по удерживаемым в Азербайджане армянским пленным.

- Сергей Викторович главный вопрос, который тревожит армянское общество, – это ситуация, которая складывается с находящимися в Баку пленными. И этот вопрос не находит своего решения, как мы понимаем. И вопросом пленных Азербайджан пытается манипулировать. И, конечно, вся надежда армянской стороны связана с действиями РФ. Что предпринимается, чтобы добиться возвращения военнопленных? И есть ли понимание о сроках, в которые в этом вопросе может быть достигнуто положительное решение. Армения со своей стороны всех военнопленных, как и была договоренность, выдала. Ответа не последовало.

И 2 уточняющих момента, Сергей Викторович, раз уж выпала возможность. Происходят процессы, которые не совсем укладываются в рамки тех заявлений, которые были подписаны и 9 ноября, и 11 января. Есть ли какие-то засекреченные приложения к этим заявлениям, о которых нам пока не известно?

И по статусу Нагорного Карабаха. Какие есть продвижения в этом вопросе? В Карабахе, скажем так, есть разговоры: раз уж Россия настолько помогла в этой ситуации, может быть, и рассматривается возможность включения Нагорного Карабаха в состав РФ. Такой вариант предусматривается или нет?

– Насчет военнопленных, это действительно обсуждалось. Это часть тех договоренностей, которые были подписаны в ночь с 9 на 10 ноября. И этот вопрос обсуждался в последующих телефонных разговорах президента России с премьером Пашиняном и президентом Алиевым, в моих телефонных разговорах с министрами иностранных дел Азербайджана и Армении. И он был частью достаточно продолжительных дискуссий, когда президент Азербайджана и премьер-министр Армении приехали в Москву 11 января.

Если обобщать то, что происходило: по началу, действительно, наибольшие проблемы были у армян, потому что нужно было, прежде всего, чтобы и те, и другие – и Азербайджан, и Армения, сформировали списки людей, которые пропали и которых они хотят вызволить из плена. Азербайджан такие списки дал, и они были незначительными. И все были, не сразу, но возвращены.

Те, кто был упомянут в азербайджанских списках. Больше каких-либо ситуаций с пропавшими, с пленными, с удерживаемыми лицами со стороны Азербайджана не возникало.

С армянской стороны списки были представлены не сразу и не полностью. И впоследствии там состоялись обмены тех, кто был участником событий, завершившихся 9 ноября. 

Но сейчас главным является вопрос, который возник уже в начале декабря Гадрутском районе, когда в конце ноября большая группа армянских военнослужащих, призывников, как я понимаю, была туда направлена. И они попали в плен уже через неделю, 10 дней, в начале декабря. 62 человека. И азербайджанская сторона на том этапе заявила, что, постольку эти люди были заброшены в этот район после объявления о прекращении огня и всех боевых действий, то их необходимо рассматривать отдельным порядком, а не как подпадающих под 9 ноября.

Мы, и президент Путин, и я в контактах с моими коллегами, все-таки продвигаем и необходимость продолжить рассмотрение этого вопроса, чтобы его закрыть, руководствуясь принципом «всех на всех». Я говорил с министром иностранных дел Армении, пытаясь уточнить окончательные списки тех, которых сейчас не достает. Но оказалось, что их гораздо больше 62. И сейчас наши военные в контакте с военными Армении и Азербайджана эти теперь уже поименные списки выверяют, чтобы понять, где могут находиться эти люди. Но тема существует, безусловно. И если бы не было наших миротворцев, наверное, ее было бы сложнее решать. Но миротворцы этим занимаются, непосредственно командующий миротворческим контингентом – генерал Мурадов – в контакте со своими армянскими и азербайджанскими коллегами.

Что касается утверждений, как вы сказали, о том, будто бы процессы на земле не совсем вписываются в договоренности от 9 ноября и 11 января, и нет ли в этой связи, как вы спросили, каких-то секретных протоколов или приложения, я, честно говоря, не очень понял. Во-первых, я не понял, в чем конкретно на земле происходит не вписывание в договоренности от 9 ноября и 11 января? 9 ноября, я считаю, реализуется достаточно эффективно. Это оценка и президента Алиева, и премьер-министра Пашиняна. За исключением подвисшего по упомянутым выше причинам вопроса военнопленных, который, повторю, в нынешней редакции возник в начале декабря, через месяц после подписания. Все остальное, по-моему, там делается достаточно эффективно.

Решается вопрос о мандате миротворцев. Он, конечно, должен быть предметом договоренностей трехсторонних. Об этом говорилось на встрече в Москве 11 января. Секретных приложений никаких нет. И я не вижу, какие темы могут быть предметом неких секретов.