Результаты 44-дневной войны осени 2020 года в Карабахе изменили геополитическую конфигурацию и расклад сил в регионе. Несмотря на то, что Россия осуществляла прямую военную поддержку Еревана и стремилась создать некий баланс сил, для недопущения полного разгрома Армении, итог военной кампании оказался весьма плачевным для ее союзника и сузил возможности Москвы в реализации своих стратегических интересов на Южном Кавказе посредством армянского фактора. И если прежде РФ являлась ведущей военно-политической силой и ключевым фактором в регионе, то сегодня, по мнению ряда экспертов, Москве приходится корректировать свою традиционную политику на данной географии в соответствии с изменившейся конъюнктурой. Хотя Москва и ввела миротворческий контингент в зону конфликта и оставила за собой особую роль в послевоенном мирном урегулировании, она утратила роль геополитического лидера на Южном Кавказе и стала вынуждена учитывать интересы Турции.

Теперь в Москве не видят смысла усиливать и вкладываться в разгромленную Армению, которая уже не способна быть проводником в осуществлении функций, на которые Москва могла рассчитывать прежде. На это указывает ряд наблюдений. Так, Кремль практически перестал реагировать на демарши Баку и Анкары в отношении Еревана. По мнению российского аналитика Желенина, вместо реакции на эти угрожающе резкие движения Россия ограничивается отправкой в Ереван главы «Газпрома» Алексея Миллера, который подчеркнуто безмятежно обсуждает лишь двусторонние экономические проблемы. Москва, мягко говоря, не препятствует развитию инициативы Эрдогана по нормализации турецко-армянских отношений с перспективой дальнейшего открытия границ между двумя государствами. Она также не педалирует вопрос определения статуса Нагорного Карабаха. 

Россия сегодня не видит ни смысла, ни практических выгод от противостояния новому сложившемуся региональному альянсу Анкара-Баку-Исламабад, к которому также можно отнести и Катар. Основную шахматную партию Москва сегодня разыгрывает с Западом. В этой связи дополнительное обострение на юге и поддержка слабого и не имеющего никаких ресурсов союзника может рассматриваться российским политическим истеблишментом как непозволительное распыление средств. И наоборот, определенные уступки на южном направлении, сулят аналогичными выгодами для Москвы на западном направлении. Москва не упустит возможности использовать отношения с Анкарой для подрыва единства западных союзников.

На такую позицию Москвы влияет и другой серьезный фактор. Есть другой серьезный игрок, недовольный сложившейся после 44-дневной войны ситуацией и считающий себя «обделенным» в новом формирующемся геополитическом раскладе. Это Иран, который в последний месяц пошел на явное обострение отношений с Азербайджаном, а значит и с Турцией. По всей видимости Иран считает, что Россия «сдала» общие интересы на Южном Кавказе и сейчас Тегеран серьезно рассчитывает на китайскую поддержку. Есть мнение, что активная политика Великобритании, Турции, Израиля, Азербайджана и Пакистана на фоне явного нейтралитета России привели к выдавливанию китайских и иранских интересов на Южном Кавказе.

Насколько дееспособным может оказаться китайско-иранский тандем на Южном Кавказе покажет время, но не малое значение имеет и то, что Россия явно не хочет усиления Китая на Кавказе. По всей видимости Москве комфортнее решать судьбу региона с Анкарой, нежели с тяжеловесом Китаем. У России и Турции есть много вопросов и проблем на Ближнем Востоке, Магрибе, Кавказе, Средиземноморье и Причерноморье, которые они могут решать методом взаимных уступок и сотрудничества. Тем более, что расширение российско-турецкого сотрудничества расширяет клин, который уже присутствует в отношениях между Турцией, США и НАТО. В этой связи, к сожалению, Армения может стать разменной монетой в большой игре России и Запада.

В период 44-дневной войны было несколько шансов частично спасти ситуацию, сохранить статус-кво и прежний баланс сил в регионе. Тотальную ошибку Ереван совершил еще в начале октября, когда шли бои с переменным успехом и Азербайджан нес серьезные потери. 7 октября президент России пытался добиться прекращения боевых действий, однако Ереван в лице премьера Н.Пашиняна отверг эту инициативу В.Путина. Согласие Еревана могло ознаменоваться сохранением за Россией и Арменией морально-психологических, тактических, военно-политических и дипломатических преимуществ. Для Азербайджана сложилась бы весьма зыбкая ситуация и Баку столкнулся бы с серьезным внутриполитическим противостоянием и недовольством общества. Однако, недальновидность Еревана в начале октября привела к последующим серьезным потерям для российских интересов на Южном Кавказе и отказу от ставки на Армению.

 

Экспертная группа CCBS

 

 

01.10.2021 12:57