Летом 2026 года в Армении состоятся парламентские выборы, которые всё менее воспринимаются как исключительно внутренний политический процесс. Они постепенно превращаются в арену столкновения внешних интересов и конкурирующих сценариев будущего страны — по сути, в референдум о её внешнеполитическом выборе: продолжит ли Ереван курс на углубление сотрудничества с Западом или попытается вернуться в орбиту российского влияния.

Общество после войны: кризис доверия и политическая апатия

Армения, пережившая разрушительную 44-дневную войну 2020 года и вынужденное перемещение населения Нагорного Карабаха, последние 5 лет находится в состоянии перманентной турбулентности. Азербайджанские военные атаки на суверенную территорию, кризис системы безопасности, попытки внутренней дестабилизации и утрата доверия к традиционным союзникам сформировали в обществе глубокое разочарование — как во власти, так и в оппозиции.

Согласно опросу, проведённому Международным республиканским институтом (IRI) с 16 по 25 июня 2025 года (около 1500 респондентов), самый высокий уровень доверия сохраняет премьер-министр Никол Пашинян — 13%. По сравнению с 2024 годом его рейтинг снизился на три процентных пункта (с 16%).

На втором месте — министр иностранных дел Арарат Мирзоян (5%), третье — второй президент Армении Роберт Кочарян (4% против 2% в сентябре предыдущего года).

Примечательно, что лидер движения «Мер дзевов» («По-нашему»), российско-армянский миллиардер Самвел Карапетян, на момент опроса ещё не объявил о политическом участии, и его имя в списке отсутствовало.

При этом 61% респондентов заявили, что не доверяют ни одному политическому лидеру. Среди граждан в возрасте 18–35 лет 37% сообщили о намерении не участвовать в голосовании, что свидетельствует о росте политической апатии.

Борьба внешних центров влияния

Политическое поле Армении поляризуется. Действующая власть укрепляет связи с ЕС, США и другими западными партнёрами, тогда как значительная часть оппозиции открыто заявляет о необходимости «возвращения к России» как гаранту безопасности. Однако общественное разочарование в Москве после событий 2020–2023 годов остаётся высоким.

По данным OC Media со ссылкой на российские источники, Кремль намерен направить около 165 млн долларов на усиление «мягкой силы» в странах СНГ, включая Армению; координацию, как сообщается, курирует Сергей Кириенко. Стратегическая цель — восстановление утраченного влияния перед выборами.

Параллельно Европейский союз выделяет €15 млн на противодействие гибридным угрозам и защиту демократических институтов Армении. Таким образом, речь идёт не о классической электоральной конкуренции, а о столкновении двух моделей будущего страны.

Риторика Москвы и инструменты давления

В период с декабря 2024 по январь 2026 года заявления Сергей Лавров, Владимир Соловьёв и Александр Дугин демонстрировали заметную эволюцию — от недовольства к прямым угрозам, напоминающим риторику в отношении Украины и Грузии накануне кризисов.

Инструменты влияния включают:

• поддержку пророссийских сетей и непрозрачное финансирование;
• эксплуатацию карабахской трагедии;
• попытки организации уличных протестов;
• использование экономических рычагов (энергетическая зависимость, переводы трудовых мигрантов, возможные торговые ограничения);
• информационные кампании через «Спутник Армения», RT и локальные каналы;
• кибератаки (в том числе со стороны групп, ассоциируемых с APT28 и APT29).

Распространяются фейки о том, что Пашинян — «предатель» и «агент Запада», что ЕС «бросит Армению», а миссия ЕС — «разведчики и агенты влияния».

Западный ответ

Глава дипломатии ЕС Кая Каллас заявила, что Евросоюз будет помогать Армении на выборах 2026 года бороться с «вредным иностранным вмешательством, как это делали в Молдавии».

Это вызвало резкую реакцию Лаврова, заявившего, что «молдавский сценарий» подразумевает «грубейшие подтасовки на участках для голосования диаспор».

Западная поддержка включает миссии наблюдателей ОБСЕ/БДИПЧ, кибербезопасность, программы медиаграмотности и фактчекинга. Однако по масштабам она существенно уступает предполагаемым российским ресурсам.

Мнение экспертов

Политолог Стёпа Сафарян считает, что основным итогом выборов станет определение геополитического курса:

«Интерес России к этому вопросу растёт день ото дня. И поскольку в данный момент рычаги влияния на Армению через вопросы безопасности ослабли, нет пограничных нападений со стороны Азербайджана, именно поэтому усилились и будут усиливаться гибридные угрозы».

По его словам, Россия будет использовать как открыто пророссийские, так и конспиративные силы:

«Первая группа — те, кто открыто говорит об опасности Запада и необходимости возвращения к России. Лидером этого полюса является экс-президент РА Роберт Кочарян… Есть также силы… Это сила Самвела Карапетяна… Третий лагерь представляют псевдопрозападные силы, которые попытаются поднять шум о фальсификациях выборов».

Политический аналитик Акоп Бадалян подчёркивает структурную уязвимость государства:

«Любой избирательный процесс в Армении сопровождался факторами и обстоятельствами, обслуживающими интересы различных геополитических центров… Государства способны сопротивляться внешнему давлению лишь при наличии качественных политических и экономических элит, а также сформировавшихся институтов. В Армении нет ни того, ни другого».

Предупреждение Службы внешней разведки

Служба внешней разведки Армении предупредила о росте гибридных угроз и попытках искусственно навязать обществу ложную дилемму безальтернативного геополитического выбора.

Руководитель НПО «Свободный гражданин» Овсеп Хуршудян считает основным источником угроз Россию:

«Россия же располагает и мотивацией, и ресурсами».

По его оценке, Москва стремится либо добиться смены власти, либо делегитимизировать результаты выборов, чтобы подорвать отношения Армении с Западом.

Смена витрины влияния

Традиционные фигуры — Серж Саргсян, Роберт Кочарян — сохраняют узнаваемость, но становятся «токсичными брендами». В публичное пространство выводятся менее дискредитированные акторы с риторикой «реализма» и «многовекторности».

«Спящие» медиаресурсы

Региональные сайты, Telegram-каналы и YouTube-площадки могут быть активированы для синхронных информационных атак.

Финансирование партий

Бизнес-активы Кочаряна, Саргсяна и Самвела Карапетяна во многом связаны с российской экономической средой, что создаёт устойчивые финансовые связки. Членские взносы играют маргинальную роль, а значительная часть средств остаётся в «серой зоне».

Церковь и фактор национальной безопасности

Премьер-министр Никол Пашинян заявил:

«Есть информация о том, что через структуры Армянской Апостольской Святой Церкви в Республику Армения поступают теневые средства, используемые в стране в политических целях».

Он подчеркнул:

«Церковь не может быть государством в государстве… Мы говорим, что этого не должно происходить. Нам необходимы механизмы добропорядочности, финансовой прозрачности и подотчётности высших представителей церкви».

Делегитимизация вместо фальсификаций

Ключевая угроза связана не столько с прямым вмешательством в подсчёт голосов, сколько с подрывом доверия к процедурам — через нарративы о «заранее украденных выборах», манипуляциях диаспорой и «внешнем управлении».

 

Парламентские выборы 2026 года в Армении становятся сложным политико-институциональным испытанием. Это не просто борьба за власть, а конкуренция интерпретаций будущего страны — между моделью постепенной евроинтеграции и сценарием восстановления зависимости от Москвы. Главное поле борьбы — доверие общества к самим демократическим процедурам. Именно оно и станет решающим фактором, определяющим не только исход выборов, но и стратегическое направление развития армянской государственности.

Журналист,
Марине Харатян

#АРМЕНИЯ

20.02.2026 04:06