Президент Ирана поддержал формат «3+3» как инструмент урегулирования на Кавказе

Президент Ирана Масуд Пезешкиан в телефонном разговоре с Владимиром Путиным заявил о поддержке регионального формата сотрудничества «3+3» (Россия, Иран, Турция + Армения, Азербайджан, Грузия). По словам иранского лидера, именно этот механизм способен стать «наиболее эффективным инструментом урегулирования конфликтных ситуаций на Южном Кавказе». Позже эту позицию подтвердил и официальный представитель МИД Ирана.
Формат «3+3» был предложен ещё в 2020 году как альтернатива западным площадкам переговоров. Его цель – урегулирование кризисов на Южном Кавказе без участия внешних игроков вроде США или ЕС. В основе идеи лежит принцип «региональные проблемы решаются региональными странами». Однако инициативе долго мешала настороженность Тбилиси, отказавшегося участвовать в мероприятиях на фоне оккупации части грузинской территории Россией.
Поддержка Пезешкиана сигнализирует о том, что Иран намерен укрепить своё влияние в регионе в момент, когда Армения и Азербайджан только начинают строить новую систему отношений после мирной сделки в Вашингтоне.
Таким образом, Тегеран стремится не допустить превращения Южного Кавказа в зону доминирования США или ЕС. Поддержка формата «3+3» позволяет ему противопоставить «региональную платформу» американским и европейским инициативам, включая новую транспортную сделку по коридору TRIPP.
Для Москвы «3+3» – шанс удержать позиции в регионе, где её влияние заметно снизилось после войны в Нагорном Карабахе 2020 года и армяно-азербайджанского соглашения в США. Пезешкиан фактически сыграл на руку Кремлю, поддержав модель, в которой Западу нет места. Грузия же по-прежнему настроена скептически: Тбилиси опасается, что диалог «на равных» с Москвой легитимизирует фактическую потерю Абхазии и Южной Осетии.
На фоне конкурирующих инициатив (TRIPP, Middle Corridor, западные переговорные форматы) «3+3» превращается в инструмент борьбы за контроль над правилами игры в регионе. Для Ирана – это шанс показать себя как ключевого игрока, для России – удержаться, для Турции – закрепить роль регионального лидера.
Поддержка Пезешкиана формата «3+3» не случайна: Иран стремится перехватить инициативу в кавказской политике, ограничить западное влияние и укрепить собственные позиции рядом с Турцией и Россией. Но реализация этого проекта будет зависеть от готовности Армении и Грузии принять участие. Пока же «3+3» остаётся не столько работающей платформой, сколько инструментом геополитической конкуренции.
Последние новостиПеремирие без эффекта: трафик через Ормузский пролив остаётся парализованным
10.Apr.2026
Ремонт нефтепровода «Дружба» близится к завершению: Киев пытается снизить напряжённость в ЕС
10.Apr.2026
Выборы в Армении–2026: устойчивость системы при дефиците доверия и фрагментированной конкуренции
08.Apr.2026
Ведётся ли против Армении гибридная война?
08.Apr.2026
Выборы в Армении: неопределённость, внешнее давление и отсутствие альтернативы
08.Apr.2026
Эскалация вокруг Ирана: США усиливают давление
07.Apr.2026
Тбилиси сближает регион: Южный Кавказ усиливает координацию
07.Apr.2026
Реальная угроза или политическая риторика? О заявлениях Пашиняна о возможной войне
06.Apr.2026
Украина разрабатывает «дешёвый щит»: новая система ПВО может изменить правила войны к 2027 году
06.Apr.2026
Йельский доклад: российские компании могли участвовать в вывозе детей из Украины
05.Apr.2026

14 Apr 2026


